?

Log in

No account? Create an account
ЖЖ Украина

Самый сок!

всё то интересное в сети, что попало в мои сети


Предыдущий пост поделиться Следующий пост
ЖЖ Украина

#Плохая_девочка, или Путь к мечте

Сказала бы, что это баба-медоед, но габариты не те. Это баба-гризли. Так ее и звали.

Жила-была в США, в штате Монтана, черная девушка Мэри Филдс. Родилась в 1832 году, отец у нее был рабом на плантации, а мать — служанкой. Выросла она прехорошенькой, особенно фигурка удалась: рост под два метра, и 90 кило сплошных мышц. Характер у Мэри был под стать рельефу: она очень не любила, когда ее обижали. Ни одна женщина, конечно, такое не любит, но у Мэри был охуенный аргумент против обидчиков: она била сразу насмерть.

Так что в 1865 году хозяева Мэри с отменой рабства напились на радостях, что наконец от нее отделаются, и отпустили на все четыре стороны.
— Вот и заебись, — резюмировала Мэри. — Наконец-то свобода настала.
Прикупила сигар и отправилась бухать в салун.
— Проститутка? — встретил ее хозяин салуна.
— Ты как, сука, разговариваешь с честной черной девушкой? — возмутилась Мэри. — Я освобожденная рабыня Юга, а ты просто невнятный пидорас.

— Тогда тебе сюда нельзя, — пояснил хозяин. — В салун можно только мужикам и проституткам.
— Нихуя не поняла, — удивилась Мэри. — Раньше было неграм нельзя. А нас освободили.
— Так то негров освободили, — заржал хозяин. — А баб мы не освобождали. Они так и остались порабощенные. Хочешь в салун — становись проституткой. Правда, не знаю, кто на тебя позарится…
— Хуево быть бабой, — уяснила Мэри.

И переоделась в штаны с рубахой, а на голову картуз напялила. Еще немного подумала, и нанялась кочегаром на пароход «Роберт Ли». Кидала уголь и отбивалась от грабителей. Потом работала каменщиком, плотником — короче, везде наравне с мужиками. Так уж ей самогон и вискарь нравились — выпьет литр с утра, и ну камень класть. Всем, кто пытался в ней усмотреть бабу и пощупать сиськи, Мэри била ебло. В итоге ее ужасно зауважали, и прозвали Нигер Мэри или Гризли. Но в салуны все равно не пускали.

Однажды на стройку пришла дама в монашеском облачении, и говорит:
— Здравствуйте, уважаемая Мэри Гризли. Я настоятельница Амадея, хочу пригласить вас в монастырь, присматривать за индейскими девочками-сиротками.
Рабочие дружно заржали, а Мэри решила:
— Ну а чо, дело богоугодное. Раз в салуны все равно не пускают, пойду в монастырь. Воспитаю сироток.

И стала работать в женском монастыре. Пахала прорабом, пиздила и строила рабочих, а в свободное время огранизовывала встречу грабителей, насильников и прочих бандитов, которые в огромном количестве искали поживу в монастыре.
— Сироток, блядь, обидеть каждый может, — рассудительно приговаривала Мэри, разряжая в гостей дробовик. — Но господь в моем лице этого не допустит, слышите вы, мудачье сраное? И подумать только: таких козлов пускают в салуны, а меня нет!

Амадея была страшно довольна таким приобретением, и все было бы хорошо, не прознай о Мэри епископ округа. Приехал в монастырь, понаблюдал и позвал Гризли на беседу.
— Ничуть не сомневаюсь, дочь моя, что ты истинная христианка, — тонко начал он разговор.
— Ну а хули ж, — кивнула Мэри.
— И то, что ты, дочь моя, материшь сироток во все корки, может, еще и ничего…
— Им это в жизни пригодится, — попыхивая сигарой, сказала Мэри.

— Да, и сигары тоже еще терпимо, дочь моя — в конце концов, от них моль дохнет. Вместе с сиротками, правда. Но ладно…
— Сигары штука нужная, — согласилась Мэри.
— Да. Так вот. Я бы даже стерпел, дочь моя, что в монастыре работает женщина в штанах, да еще и бухая с самого утра.
— А для чего ж еще монастырь нужен, — подтвердила Мэри. — В салун мне нельзя, приходится в монастыре бухать. И работа тут тяжелая. Молока за вредность не дают, вот и компенсирую стресс самогонкой.

— Это все мелочи, — вздохнул епископ. — Но нахуя ты, дочь моя, прострелила ноги нашему каменщику?
— Плохо себя вел, — пожала плечами Мэри.
— Сейчас он себя ведет очень хорошо. Тихий такой лежит, — согласился епископ. — Но вот камень класть не может. Я уж не вспоминаю, как ты устроила дебош в соседней деревне, и перебила там всех мужиков.
— А хули они меня в салун не пускали?
— В общем, дочь моя, придется тебе уволиться без выходного пособия.

И Мэри в 63 года оказалась безработной.
— Эх, стара я стала, надо найти местечко поспокойнее, — сказала она, и увидела объявление:
«Внимание, открыты вакансии! Почте штата Монтана требуются новые водители дилижансов, взамен убитых бандитами и сожранных волками. Соцпакета нет, похороны за счет государства».
— О, ну вот, это по мне работёнка, — обрадовалась Мэри.
Явилась к почтовому начальству, и говорит:
— Нанимайте.

— Да ты ж баба, — удивляется начальство. — Еще и немолодая.
— Вам меня в борще варить, что ли? — закусив сигару, уточнила Мэри. — Нет? Так берите и не выебывайтесь, все равно работать у вас некому.
Начальство репу почесало и согласилось: может, хоть один дилижанс на место доставит, пока ее не грохнут.
— Только у меня условие, — добавила Мэри. — Трезвая работать не буду.

Начальство вздохнуло, назначило ее в город Каскад, и сразу выписало бабло на похороны. Однако Мэри проработала на почте 10 лет. За это время она ни разу не была трезвой и не потеряла ни одной посылки. Во время нападений отстреливалась из дробовика, и перехуячила больше бандитов, чем любой ковбой в вестерне. Если подстреливали лошадь, Мэри сначала мочила грабителей, потом волокла посылки на себе. Волков она вообще перебила без счету.

Уважал ее народ безмерно, и дал прозвище Мэри-Дилижанс. В 72 года она вышла на пенсию, явилась к мэру, и говорит:
— Ну чо, блядь, теперь меня в салун наконец пустят? Или мне весь ваш городишко расхуячить?
— Я ваш фанат, мадам Дилижанс, — ответил мэр.

И издал специальный приказ, чтобы Мэри пускали во все салуны. Наконец сбылась мечта пожилой негритянки. Она была абсолютно счастлива: каждое утро шла в салун, бухала, курила сигары, а к вечеру разбивала пару ебал тем, кто неуважительно к ней относился. Но неуважение рисковали проявлять только приезжие, местные Мэри Дилижанс обожали. Она вообще была достопримечательностью города.

Умерла Мэри в 82 года, потому что у нее наконец отказала печень от вискаря.

Мораль такая: настоящая женщина ради мечты горы свернет. Даже если это всего лишь мечта о салуне. )))

© Диана Удовиченко


promo ibigdan декабрь 3, 2007 00:08
Buy for 1 500 tokens
Если вы хотите сделать хорошую рекламу вашему продукту или услуге - вы зашли по адресу. Блог "Самый сок!" читают во всём мире. Среднее количество просмотров на каждый пост - 50 тысяч, среднее количество просмотров блога в месяц - 4-5 миллионов. Изучить аудиторию блога в разных разрезах можно в…

nitup_aksider 10 октября, 2018
Феминизм здорового человека!

olma2000 10 октября, 2018

Да ну нах.)


py_xiv_py 10 октября, 2018
Внезапно, напомнило похожую историю :)

youtu .be/9c5yPIQ3LQI

Вячеслав Орлов 10 октября, 2018
Опустился Ибигдан до пошлятины

Владимир Артёмов 10 октября, 2018
Нухули!
Рассказ интересный, конечно. Бес песды.
Но зачем такая неприкрытая политическая реклама Юли "Воны" Газмяс в порохоботском блоге?!

Девочка-то "вошла в бар", осуществила свою мечту и выбор. И даже заимела уважение ...

Edited at 2018-10-10 18:24 (UTC)

coder_in_ua 10 октября, 2018
а у нас тут кондидаты падают от в обморок

poreiro 10 октября, 2018

да, Диана охуенно пишет!)



Edited at 2018-10-10 18:30 (UTC)

digitype 11 октября, 2018
Сразу видно ее электорат.

Элла Щукина 10 октября, 2018
Замечательно :))

talgaton 10 октября, 2018
восхитительно!
но тут мораль номер 2 -
стала бы проституткой,
была бы в салуне значительно раньше!!!

unkas 10 октября, 2018
Слог божественный.
Не то что у всяких графоманов.

Владимир Артёмов 10 октября, 2018
Сейчас защипало глаза где-то навзрыд заплакал Горький Лук :))

uselessextras 10 октября, 2018
Это тот случай, когда реальность интереснее пересказа: https://en.wikipedia.org/wiki/Mary_Fields

She was a respected public figure in Cascade, and the town closed its schools to celebrate her birthday each year.[5] When Montana passed a law forbidding women to enter saloons, the mayor of Cascade granted her an exemption.

Edited at 2018-10-10 19:22 (UTC)

igorsova 11 октября, 2018
+1

Born a slave in Hickman County, Tennessee around 1832, Fields was freed when slavery was outlawed in 1865. She then worked in the home of Judge Edmund Dunne. When Dunne's wife Josephine died in 1883 in San Antonio, Florida, Fields took the family's five children to their aunt, Mother Mary Amadeus, the mother superior of an Ursuline convent in Toledo, Ohio. In 1884, Mother Amadeus was sent to Montana Territory to establish a school for Native American girls at St. Peter's Mission, west of Cascade. Learning that Amadeus was ill, Fields hurried to Montana to nurse her. Amadeus recovered and Fields stayed at St. Peter's hauling freight, doing laundry, growing vegetables, tending chickens, repairing buildings and eventually becoming the forewoman.

water_robotdokt 11 октября, 2018
Мэри не любила, когда её обижают, поэтому прожила в рабстве до 33 лёт.
Логично, чо.

tank_ua 11 октября, 2018
рабство - это "особая" форма трудоустройства - так что мимо.

Sambuca Suca 11 октября, 2018
Жила-была в США, в штате Монтана
В Монтане она жила-была с 1885 года.

igorsova 11 октября, 2018
В Монтані заборона жінкам відвідувати салуни була введена лише в 1907му році, коли Мері було 75 років.
Ну от і нахуя Діана Удавічєнка виставляла Мері алкоголічкою з 33х років? Чи діана таким чином намагається знайти собі виправдання?

cassy0terno 11 октября, 2018

А ещё называли её Белой Вороной, так как замашки у неё были как у белого. только кожа подвела